Вьюн

Пышно разросшийся вьюн поднял ввысь свою нежно-изумрудную листву, сверкающую на солнце. Любуясь собственной красотой, он так возгордился, что с трудом переносил соседство других растений. Особенно досаждал ему своей невозмутимостью старый, высохший ствол, стоявший рядом.
— Послушай-ка, старина! — обратился к нему однажды вьюн. — Что ты торчишь у меня под ногами? Пора бы и честь знать. Сгинь с моих глаз долой!
Старый ствол сделал вид, будто не расслышал грубияна, и промолчал, думая о своём. Тогда неугомонный вьюн обратился к терновнику, чьи густые заросли стояли вокруг сплошной стеной.
— Эй ты, как тебя, терновник! Житья, братец, не стало от твоих скверных колючек — в глазах рябит. Неужели не догадываешься, что своими ветвями застишь мне свет? Поверни их в сторону!
Но терновник, занятый своим делом, не счёл даже нужным отвечать на такие слова, пропустив их мимо ушей.
Гревшаяся на солнцепёке старая ящерица не выдержала и сказала с укоризной:
— До чего же ты глуп, вьюн-хвастун, как погляжу я на тебя! Ведь благодаря старому стволу ты растёшь прямо и тянешься вверх, цепляясь за него. Неужели тебе невдомёк, что, кабы не колючие заросли терновника, тебя, замухрышку, давно затоптали бы непрошеные гости?
Возмущённый вьюн хотел было возразить, но призадумался.

Так и нам, то одно мешает, то другое. А может, стоит задуматься. Может благодаря, что нам мешает, мы и живем.

 

Бритва

У одного цирюльника была бритва. Однажды вздумалось бритве на мир поглядеть и себя показать. Выпустив острое лезвие из оправы, словно шпагу из ножен, и гордо подбоченясь, она отправилась на прогулку погожим весенним днём.
Не успела бритва перешагнуть через порог, как яркое солнце заиграло на стальном полированном лезвии, и по стенам домов весело запрыгали солнечные зайчики. Ослеплённая этим невиданным зрелищем, бритва пришла в такой неописуемый восторг, что тут же непомерно возгордилась.
— Неужели после такого великолепия я должна вернуться в цирюльню? — воскликнула бритва. — Ни за что на свете! Было бы сущим безумием с моей стороны губить свою жизнь, выскабливая намыленные щёки и подбородки неотёсанных мужланов. Вовсе нет! Спрячусь я от него в укромном местечке.
С той поры её и след простыл.
Шли месяцы. Наступила дождливая осень. Соскучившись в одиночестве, беглянка решила выйти из своего добровольного затворничества и подышать свежим воздухом. Она осторожно выпустила лезвие из оправы и горделиво оглянулась вокруг. Но, о ужас! Что же стряслось? Лезвие, когда-то нежное, огрубело, став похожим на ржавую пилу, и не отражало более солнечных лучей.
— Зачем я поддалась соблазну? — горько заплакала бритва. — Как меня лелеял и холил добрый цирюльник! Как он радовался и гордился моей работой! А теперь что со мной сталось: лезвие потемнело, зазубрилось и покрылось отвратительной ржавчиной. Я погибла, и нет мне спасенья!

Тоже происходят и с людьми, когда они уклоняются от обязанностей, возложенных на них Богом. Крест, который мы несем, нужен в первую очередь нам, для нашего же спасения.

Зеркальная комната

Во дворце одного вельможи была необычная зала. Стены, потолок и пол в ней были зеркальными. Как-то раз абсолютно случайно забежала в залу собака. Она растерялась, увидев вокруг целую свору подобных себе существ, и оскалила зубы. Псы, окружающие ее, ответили тем же. Тогда собака стала лаять. И псы все вместе тоже подали голос. Собака металась, но со всех сторон на нее набрасывались оскаленные, злые существа. Целую ночь провела бедняжка в окружении озверевшей своры. Наутро слуги вельможи нашли ее мертвой. У нее разорвалось сердце. А ведь все могло быть по-другому, если бы, войдя в комнату, вместо злого оскала собака вильнула хвостом и протянула тем, кто смотрел на нее из зеркала, лапу в знак дружбы.

Необычное желание

Как-то накануне Нового года учительница предложила своим третьеклашкам написать о том, что бы хотели они попросить у Деда Мороза.

Придя домой, села проверять детские сочинения. И одно из них очень расстроило ее. Она несколько раз перечитывала выведенное старательным детским почерком письмо с просьбой о чуде. Нет, не ошибки старалась найти учительница. Теперь они не имели никакого значения. В комнату вошел муж.

– Что случилось, дорогая, чем ты так встревожена?

– Вот, прочти, пожалуйста, – и она протянула мужу тетрадку.

"Дедушка Мороз, я не буду просить у тебя многого. Всего лишь исполни мою просьбу. Сделай меня хоть ненадолго телевизором. Я очень хочу, чтобы родные по вечерам собирались вместе и выслушивали меня, не перебивая. Чтобы папа, вернувшись после работы, спрашивал у меня о том, что же в жизни произошло нового. А мама, когда ей грустно, приходила ко мне. Чтобы мне радовались как новому телевизору, который теперь в нашей квартире занимает почти всю стену. Я бы подвинулся, чтобы нашлось место и для елочки. Я так хочу хоть немного пожить жизнью любого телевизора!"

– Бедный ребенок… И, послушай, есть же такие родители, – возмущался муж учительницы.

Жена подняла на него полные слез глаза:

– Дорогой, это написал наш сын...

Глупец

Белокурый мальчонка вприпрыжку бежал рядом с молодой женщиной, все пытаясь ухватиться за ее руку. Та же только одергивала ее, бормоча про себя:

– И где ты только взялся на мою голову? Родился, чтобы мешать мне жить.

– Мама, а когда мы вернемся, ты прочитаешь мне сказку о кузнечике?

– Бедный мальчишка,– сокрушались окружающие, – глупенький не знает, что она ведет его в детдом.

Когда мальчик подрос и смог навещать мать, он старался как можно чаще проводить с ней свое время. Нередко подросток находил мать в пьяном угаре, вызывал скорую, и пока ехали врачи нежно гладил ее руку и целовал грязную щеку:

– Зачем же ты так, мамочка? Потерпи, все будет хорошо.

– Ненормальный ребенок, да просто глупец. Никакого к себе уважения. У той любви для него не хватило, а он бегает, спасает, – недоумевали знакомые.

  • (34384) 3-55-97, 3-55-98
  • Адрес электронной почты защищен от спам-ботов. Для просмотра адреса в вашем браузере должен быть включен Javascript.
© 2021 Собор преподобного Максима Исповедника. All Rights Reserved. Разработка и дизайн сайта: Латышев Дмитрий

Please publish modules in offcanvas position.